Page { 1 | 2 | 3 | 4 | 5}

  32.АТЕЛЬЕ ПОРНОГРАФА. ИНТ. ВЕЧЕР.

   Раздетые, связанные живописно веревками и ремнями девушки замерли в позах, соответствующих рисунку (две на коленях и одна, распростертая, на полу). Рот переводчицы закрыт черной повязкой, поэтому выражения ее лица не видно, на лицах двух остальных - глупые улыбки. Евгений нервничает:

• Ну, на минуту просто, на минуту перестаньте вы смеяться, дамы! Ну что вы, честное слово, это же роль, вы как актрисы здесь выступаете как бы, вы должны сосредоточиться, Жанночка, да не опускай же ты прибор! - жена его держит небольшой прожектор, забравшись на стремянку. - Света, умоляю вас! - он снова смотрит в объектив, но кто-то из девушек снова фыркает.
• Опять вы?! - восклицает Евгений и закуривает сигарету, устало опустившись на стул.
• Мне душно, я не могу больше, мне надо ехать - невнятно выкрикивает сквозь повязку Переводчица. - Пожалуйста, развяжите меня, все!
• Вот вы видите, как вы подводите меня. Но подождите же. Вера. Все. Я понял. Сейчас, один момент, единственный только момент.

   Он подбежал к книжным полкам и принялся лихорадочно искать что-то.

• Я вся полосатая буду, как леопард, блин. - раздается голос Кристины и Света тотчас откликается смехом.
• Нашел! - восклицает Евгений и подносит к девушкам открытый альбом с репродукцией картины Латура "Кающаяся Магдалена" - Вот вам какое лицо вы должны изобразить мне, вот всю эту муку, всю эту вот горестную скорбь- Верочка, вы точно уверены про лицо, а то у вас как раз то которое нужно состояние, но это я так просто, все, снимаем сейчас, давайте, Жанна, свет, Жанна!!!

   Наконец на лицах пленниц появилось выражение наигранной меланхолии. Переводчица резким движением высвободила половину лица из-под повязки, и в эту секунду Порнограф щелкнул затвором фотоаппарата. В следующую секунду погас свет, и стали видны бледные просветы неба в зашторенных окнах. 
 
 

ТИТР:

НОВЕЛЛА 3

ПРИГЛАШЕНИЕ

(название рабочее) 
 

   33. У КУРГАНА. НАТ. ВЕЧЕР.

   Солнце опустилось еще ниже над курганом. Через лиловое пустое поле идут две женщины в белых развевающихся одеждах и несут что-то, похожее на металлический сундук. Они с трудом поднимаются по склону холма и ненадолго опускают свою ношу, что бы отдышаться, но почти сразу снова подхватывают и торопятся вниз, на ту сторону, где виднеется шоссе. Автобус Адамса только что затормозил, и процесс разгрузки повторяется в точности: в том же порядке выносят сложенные шезлонги, ящики с напитками, пакеты с едой, сооружение для жарки шашлыков, большой зонтик от солнца, штативы и аппаратуру Адамса... Краевед Анатолий Сергеевич замечает женщин с квадратной ношей, спускающихся по тропинке и спешит им навстречу. Их длинные тени колышутся в траве. Китаец снова вырезает квадратный кусок дерна и начинает возводить изящную пирамиду из хвороста и привезенных поленьев - для костра. Его жена, студентка и ее пожилая подруга достают и раскладывают на расстеленных клеенках фрукты, хлеб, бумажную посуду и камни - от ветра. Жена застегивает на Адамсе шерстяную жилетку и он не спеша начинает подниматься по склону. Складной стул и тетрадь он несет сам. Штатив, камеру и коробку с объективами - двое аспирантов. Навстречу спускаются в белых халатах женщины и краевед, несущие то, что на поверку оказывается пищевым контейнером.

• А это кофе нам принесли! - радостно восклицает краевед. - Это знакомые мои из ближнего пансионата " Синий курган", это заведующая столовой Зинаида, это Надя, официант столовой, они принесли нам кофе, сначала на ту сторону принесли, бедняжки, и вот...
• Энжел. Спасибо им большое переведите. Простите, теперь спешу, - быстро отвечает Адаме, разом всем поклонившись, и две процессии огибают друг друга.
• То, что ты вот сейчас об этом думаешь и мучаешься, это как раз то, что ему и надо! - вразумляет пожилая подруга студентку. Они сидят на траве, подложив под себя ноги. - Он тебя подчиняет, таким образом, вот и все!
• Но может быть он сам неспокоен, что если он сам неспокоен?
• Тебе не эти мысли нужны. Вот прочитай Линду Хостман " Зачем ты делаешь это со мной, или пятьдесят вариантов освобождения" Напомни, я тебе дам.

   Заведующую столовой и официантку знакомят с господином Споннагелом.

• Переведите, пожалуйста, что я рад встрече с ними, - просит он Анатолия Сергеевича. - Тем более, что мне очень интересны русские, или украинские женщины. Ведь переведите, что к сожалению у нас в стране превалируют женщины с очень большим, я бы сказал, соревновательным инстинктом. - (краевед переводит, заведующая кивает в знак согласия и кокетливо поправляет на шее платочек). - Вот вы спросите меня, что я имею ввиду, и я отвечу, что ... - (краевед переводит) - Что женщина, мне кажется, должна быть, прежде всего человеком открытым таким, естественным, контактным человеком, который умеет придерживаться тех...
• Простите, я не успеваю переводить.
• А, конечно, останавливайте меня.
• А он женатый, спросите? - вдруг говорит официантка Нина.
• Нина, вам пора возвращаться в пансионат, - отвечает ей Заведующая, ласково улыбнувшись. Нина, покраснев от обиды, разворачивается всем корпусом, как солдат, и уходит.
• Почему она ушла? Я сказал что-то не то? - забеспокоился господин Споннагел.
• Нет, она просто должна вернуться к работе, - отвечает краевед и принимается за перевод. Заведующая снова принимается кивать.
• ... Так вот, моя жена, допустим, если я женюсь, она должна быть человеком, который умеет придерживаться тех моральных принципов, которые у, нас вот так походя все время нарушаются, например, в Соединенных Штатах. Женщину я представляю, которая ни на какие обстоятельства, не смотря, сохраняет в себе...

   На вершине холма видит силуэт Адамса, сидящего на стуле напротив штатива с камерой. 
 

   34. В ЭЛЕКТРИЧКЕ. ИНТ. ВЕЧЕР.

   Переводчица едет в электричке. Ее чемоданы и пальто снова с ней. Она достает из сумки деньги и пересчитывает их. Хочет, было снять пиджак, но замечает красные следы от веревок, которыми были связаны ее руки и поспешно одевается, оглянувшись быстро по сторонам - не заметил ли кто. Встречается глазами с изумленной старушкой. Вдоль вагона шумно продают клубнику и вареную кукурузу. Она покупает и то и другое, торопливо ест, глядя в окно с проносящимися огородами и цветниками, устало разогнувшимся после прополки стариком в солнечной панаме, нарядными яблонями, курятниками, нежным краем моря, появляющегося то здесь, то там за вершинами серых холмов. Напротив нее стоит чье-то, прикрытое марлей ведро, низкое солнце выявляет тысячи отпечатков на оконном стекле, электричка переезжает через мост и Переводчица заблаговременно поднимается, что бы успеть к дверям. Проходя, она нечаянно опускает угол чемодана в ведро и на марле тут же расплывается ягодное пятно. 
 

   35. ПРОСЕЛОЧНАЯ ДОРОГА У ПЛАТФОРМЫ.  НАТ. ВЕЧЕР.

   Она выходит на станции, спускается с платформы на проселочную дорогу и идет по направлению к дачному поселку. Мальчик на велосипеде огибает ее, демонстративно отпустив руль. Наконец, она подходит к ограде, за которой виднеется палисадник и красивая крыша. Она звонит несколько раз, но никто не выходит к ней. Постояв немного, она прячет вещи в кустах и обходит изгородь. С обратной стороны дома сложены листы фанеры. Переводчица перелезает через изгородь, и спрыгивает в палисадник. Она подходит к дому и заглядывает в окно, подставив лестницу. Свет потушен и дом кажется пустым. Тогда Лера с облегчением спрыгивает на землю, заходит на веранду и вешает пальто на крюк, шарит на притолке в поисках ключа и обнаруживает, что дверь не заперта. Вдруг свет вспыхивает и в окне появляется Лерина мать в коротком кимоно на голое тело, которая, поправляя волосы обращается к кому-то,щурясь после темноты,заглядывая в холодильник, завязывая пояс, нарезая сыр:

   - ...Ты в душ? Сначала не перекусишь? Что? Полотенце там возьми.

   Лера в панике отступает на веранду и, стараясь не скрипеть дверью, пытается закрыть ее, но дверь захлопывается сама от сквозняка, и Лера, поспешно сняв пальто с крюка, застывает в нерешительности. Мать Леры нарезает овощи и говорит, поворачиваясь по направлению к невидимому собеседнику:

   - А ты говоришь"не вовлекайся". Как говорится, кто умеет держать дистанцию, к таким и не обращаются, не трогают ни дети, ни родственники, таких я знаю людей, любую малость от них считают за благо, а я о всех вот за всех сострадаю, иногда вот даже человек и не просит, не спрашивает, но вот так посмотрит, и у меня уже сердце болеть начинает, начинаю расспросы, а про время на все это, о деньгах я и не говорю. И благодарности - ноль. Я говорю, благодарности - ноль! - она повыышает голос, чтобы перекричать шум воды в душе, где, по-видимому сейчас находится ее собеседник. - И сегодня опять эта приятельница, я тебе говорила, где моя книга не знает, потому что попользоваться  заботой - это всегда, это у них всегда означает потом переступить и не проститься, и уже не надо. - с  этими словами она распахивает дверь на веранду, чуть не сбив с ног Леру, которая оказывается между дверью и стеной, подпирает снизу треугольной дощечкой от сквозняка и возвращается в кухню. Воспользовавшись моментом, когда мать повернулась спиной, Лера выскальзывает со своим пальто.    
 

   36. ДАЧНЫЙ ДОМ. ИНТ. ВЕЧЕР.

   Поставив два прибора и двумя пальцами подхватив с блюда кусочек мяса - на пробу - мать достает из шкафа полотенце и стучит в дверь ванной, откуда вскоре высовывается мужская рука, берет полотенце и исчезает.  
 

   37.УЛИЦЫ ДАЧНОГО ПОСЕЛКА. НАТ. ВЕЧЕР.

   Перебравшись обратно через ограду, Лера видит стайку молчаливых собак, обнюхивающих чемоданы. Начинаются сумерки. Только в это время суток белый цвет так  возвращает сияние - белые пуговицы на пальто, которое она перекидывает через плечо, белые цветы черемухи, белые окурки на земле, подножия' столбов и деревьев. Она выходит из поселка со своими чемоданами и делает было несколько шагов по направлению к станции, но вспомнив о чем -то, поворачивает к шоссе. 
 

   38. АТЕЛЬЕ ОХОТНИКА. ИНТ. ВЕЧЕР. 
 

   Охотник перекладывает пинцетом проявленный снимок и мерно покачивает угол кюветы, в которую льется вода. Когда раздается телефонный звонок, он, не прекращая своего занятия, дотягивается пинцетом до кнопки "спикер" и звучный женский голос начинает поспешную речь:

   - Это, только не вешайте трубочку, ОК? Я все на этот раз быстро изложу, а то, Вы меня не прерывайте, я и так в волнении, насмотревшись ваших грандиозных выставок, на все приходила, между прочим...

   - Я рад, но...

   - Так вот, я в волнении. Знаете, если бы Вы только на полчасика бы  только пришли в телестудию, это было бы очень эпохально важный дискурс, как никак и Вы и с другой стороны для Вас возможность побеседовать с американским, так сказать, столпом...

   - С кем, простите?

   Голос жены Порнографа-Евгения с характерными вкрадчивыми интонациями продолжает:

   - И потом для Ваших контактов это как интересно было бы, и для почитателей, зрителей, так сказать, фотографического, не знаю, мира, и он сам проявил интерес к идее, особенно если с нашей стороны были бы Вы, конечно, и кто-то один, только еще один, быть может из более авангар...

   - Сожалею. - охотник вытер руки салфеткой, поднял трубку и голос жены порнографа превратился в приглушенное бормотание.

   - Сожалею. - повторил он и повесил трубку.

   Спустя несколько секунд телефон зазвонил снова, но охотник уже не поднял трубку.

   39. МАШИНА МЕДСЕСТРЫ. ВЕЧЕР.

   Медсестра, слушая телефонные гудки, заводит машину, оглядывается и, бросив телефон на соседнее сиденье, выезжает из ворот больницы в переулок. 
 
 

   40.КУРГАН. НАТ. ВЕЧЕР.

   Пикник на исходе, но силуэт Адамса на вершине холма по-прежнему недвижим.

• Мне холодно, - жалуется двум аспирантам жена китайца. - А кофе не осталось больше?
• ...искренность с большой буквы, - господин Споннагел излагает свои взгляды на искусство Памеле. - Главное что, вы спросите меня, когда я приближаюсь, скажем, к картине или скульптуре, так же как и к человеку когда вы приближаетесь, то вы реагируете на то, что он у вас вызывает вот здесь - и он показал пальцем на свой нагрудный карман, - правда же? Искренность и простота. Так вот...

   Завстоловой, к которой господин Споннагел похоже потерял всякий интерес, рассерженно ходит кругами в поисках Анатолия Сергеевича.

• У тебя в номере были полотенца? - спрашивает один из аспирантов китайца, - Я просто был шокирован. О чем они думают, притом, что они требуют приличные таки довольно деньги за это, я не знаю, но вот мы приезжаем, я иду, соответственно, в душ, принимаю душ - и нет полотенец! Я, мокрый, пытаюсь дозвониться портье, нападаю на какую-то кретинку, которая не говорит вообще по-английски, потом я звоню еще, кто-то мне говорит, что свяжется с "дежурная", проходит пол часа еще, она стучит в дверь, я заворачиваюсь в простыню и открываю, и она еще такое сделала лицо при этом, что я что ли имею на нее какие-то виды, раз я не одет в смокинг, я был просто в шоке, буквально!
• Китаец, тем временем, разворачивает кусок дерна и закрывает им костровище.

   Завстоловой, наконец, настигает Анатолия Сергеевича и набрасывается на него с сердитым шепотом.

• Мало того, что я тащила этот кофе полтора километра по пересеченной местности туда - обратно, я еще должна до полуночи тут быть или что? Как это по вашему, мне домой не надо? Меня на даче ждут, ты сказал, что до семи меня отвезете! Мало того, что я тащила, так что теперь я должна, а? Я что вам, девочка что ли?
• Зинаида Павловна, интонации, пожалуйста, они ведь все интонации чувствуют, неважно что вы говорите, прошу вас! - шепотом умоляет краевед, пытаясь отвести ее в сторону. - сейчас поедем уже, скоро.
• Мне надо на дачу, наплевать мне! Пусть слышат. Мне все равно. Я не позволю такого отношения, мало, что мне контейнер этот надо с утра будет опять волочить в пансионат, и этот ваш болтун тоже, и пусть слышит, в конце концов, переведи ему: ай маст хауз.
• Я вам объясняю, не говорите вы так агрессивно, прошу я вас. Смотрите, вот уже солнце заходит, он сейчас снимет и поедем моментально, все уже готово, сразу поедем, отвезем вас.
• А чего он не снимает тогда? Вот чего он не снимает, вы мне объясните, мне это непонятно...

   Облако медленно приближается к вершине дерева. Дерево отбрасывает ломкую синюю тень, тянущуюся с гребня холма вниз и исчезающую среди камней и полынных зарослей. Адаме пишет в раскрытой тетради почти вслепую: взгляд его прикован к облаку. " Речь идет о бесценном понятии, которое я назвал бы ПРИГЛАШЕНИЕМ.- слышен его голос. - Это состояние времени, при котором образуется особая тишина, пустое пространство, могущее быть заполненным только тобой. Твоим взором. Именно этот миг и необходим для фотографии. Испытавшему это чувство, не под силу удержать и сотой доли его в своем воспоминании. Но когда оно возвращается, его узнаешь сразу, всем существом, и тогда остается только подчиниться. Вот и теперь я чувствую его приближение. И все, что передо мной находится в потаенном сговоре с этой неизбежностью. Но я медлю, не решаясь сделать последнее движение, не смея нарушить им то тайное, что соединяет меня с этим пейзажем, делает меня частью его. Еще миг, и утрата." 
 

   Облако сливается с кроной дерева. Адамс наклоняется к объективу камеры и нажимает рычаг. Несколько минут требуется, что бы каждая точка, каждая трещина, отблеск, черта этого пейзажа, шурша, вошли в камеру и навсегда отпечатались на пластине. 
 
 

ТИТР:

НОВЕЛЛА 4

ЛЕРА 
 
 

      41. КУРГАН (продолжение). НАТ. ВЕЧЕР.

     Быстро темнеет. Адамс спускается с холма. Двое несут за ним камеру и штатив. Все уже на своих местах. После ритуала погрузки аппаратуры, автобус трогается. 
 

     42. ЗАГОРОДНОЕ ШОССЕ. НАТ. НОЧЬ.

     Лера идет по шоссе с чемоданами в руках и пальто, перекинутыми через плечо. Устав, она присаживается у обочины, закуривает сигарету. Ей холодно, она заворачивается в пальто, но руки ее все равно дрожат. Она слышит шум приближающейся машины, нерешительно приподнимается, но машина проносится мимо. Слышна еще одна. Лера тушит сигарету и наклоняется вперед. Как только показались фары, она бросается наперерез и падает посередине дороги, раскинув руки. Машине удается свернуть в самый последний момент, и водитель резко тормозит, чуть не скатившись в кювет. Лера вскакивает и в панике сбегает с шоссе вниз по откосу, бросается ничком в траву, прикрыв голову руками. 
 

   43. ЗАГОРОДНОЕ ШОССЕ. НАТ. НОЧЬ.

   Из машины выходит средних лет мужчина и оглядывается по сторонам. Он смотрит вниз - Лера лежит прямо напротив него, совершенно неподвижно. Однако, он не замечает ее, обходит стоящие на обочине вещи. С силой пинает несколько раз ногой чемодан, прежде чем вернуться в свою машину. Резко снимается с места и уезжает. Лера поднимается с земли не сразу. Медленно возвращается она на дорогу, поднимает чемоданы, делает несколько шагов и снова опускает их на землю. Осматривает пальто, взвешивает на руке и, решившись, отбрасывает. Остальные вещи она несет дальше. Пальто ее остается лежать посередине шоссе, раскинув рукава. Начинает накрапывать дождь. 
 

   Автобус останавливается посередине дачного поселка. Краевед помогает Зинаиде Павловне выгрузить контейнер.

• Скажи им от меня гуд бай, приятно было познакомиться.
• Спасибо большое за кофе, спасибо! До свиданья! - прощаются с ней спутники Адамса.
• Я был очень рад вас встретить - пожимает ей руку господин Споннагел.
• Что он сказал, что? - кричит она, уже сойдя на землю.
• Что был рад встрече! - кричит ей в ответ Анатолий Сергеевич. - Я позвоню!
• Позвонит? Автобус трогается.
• ... Это было совершенно волшебно - рассказывает пожилая подруга, - погода была прекрасная, еда прекрасная, каждый вечер наша группа собиралась для небольшой вечерней медитации... На передних сиденьях беседуют два аспиранта:
• ... две серии, я их напечатал на больших постерах...
• Дорого обошлась печать?
• Да не особенно… Не дай мне забыть про штативы. В окнах пролетают редкие фонари.
• ... Так вот этот царь... Да, он принял такое решение: принимать яд по чуть-чуть каждый день, что бы привыкнуть к нему, что бы не быть отравленным как все его предшественники, а я уже сказал вам, что они все или почти все были отравлены. И вот вдруг неприятель осаждает город. И у него два выбора: либо попасть в рабство к неприятелю, либо убить - отравить значит, себя. Он тогда выпил весь яд, что был у него в наличии, но не умер, так как организм его уже приспособился к яду. Вот такая история. А сам город ,кстсти, изменился в значительной степени уже позже. Если посмотреть на памятники того времени, можно увидеть,что их отличают высокий вкус и мастерство… Многие из них даже получили широкую известность. Таким памятником является виденный нами вчера портрет молодого воина  - помните его одухотворенное, задумчивое лицо? Смотрите-ка, неужто дождь? Если так, то вам посчастливилось застать редкое для наших мест явление. Статистика показывает,что по количеству солнечных дней в году мы превосходим Джамайку.

44. КОМНАТА ОХОТНИКА. ИНТ. НОЧЬ.

   Охотник сидит в своей комнате за столом, окруженный тремя настольными лампами, похожими на любопытных цапель. Он пытается заново собрать разбитый фотоаппарат, разложив части перед собой. Повсюду сохнущие снимки. От глянцевателя поднимается пар. В сумерках неясны очертания предметов на стенах. Звонит телефон, но он не берет трубку. Долгие, непрекращающиеся звонки. На ухо к Окотнику садится муха, и он сгоняет ее рукой. Телефон все не замолкает. 
 

   45. ЗАГОРОДНОЕ ШОССЕ. НАТ. НОЧЬ.

   Дождь усиливается и на лобовом стекле машины, которую ведет медсестра, расплываются очертания дороги. Она тормозит у обочины, и, накинув на голову жакет, выходит приладить дворники. Машину обгоняет велосипедистка. Это официант столовой Надя.

   - Простите, это в город дорога? - окликает ее медсестра.

   - Ну, в принципе, да, но там направо короче можно срезать! - кричит Надя, притормозив. - Вот тут сверните и срежете километра два.

   46. ЗАГОРОДНОЕ ШОССЕ. НАТ. НОЧЬ.

   Жена Адамса смотрит на часы.

• Попросите остановиться, - просит она краеведа и отпирает свой чемоданчик с иглами. - И зажечь свет.

   Автобус сияет в темноте всеми окнами. Китаец и господин Споннагел стоят рядом с курящим водителем, задрав головы вверх.

• Большие, удивительно большие, как на Гавайских островах. Где-то еще я такие видел. Кажется, на Филиппинах. - говорит Китаец. - И никакого вам тут Южного креста.
• Да, а в Европе как-то не смотришь, и не видно, собственно в городах, иллюминация.

   По шоссе к ним приближается Лера. Поравнявшись с ними, она останавливается.

• Куда ваш автобус направляется, простите? - спрашивает она Китайца по-русски.
• Они не понимают. В гостиницу везу. - отвечает водитель и залезает в кабину.
• Мне нужно в город, у кого я могла бы попросить разрешения, что бы вы меня подвезли? - спрашивает она по-английски.
• О, как вы прекрасно говорите! - поражен господин Споннагел.
• Я переводчица, вот почему.
• Пожалуйста, заходите, мы вас подвезем, без проблем, - и господин Споннагел помогает ей поднять в автобус чемоданы, - садитесь. Анатолию Сергеевичу приходится уступить ей свое место.
• А где вы, собственно, работаете, что вы переводите? - спрашивает он. Намокли?
• В Киноцентре перевожу картины, статьи, синхронные, всего понемногу.
• Какая приятная встреча, - господин Споннагел радуется как дитя, - Мы делали пикник, там еще осталось в багажнике, вы, может, пить хотите? Пассажиры за их спинами переглядываются.

© 2005, Helga Olshvang Landauer

• Главная страница

• Новые стихи

  • Стихи на английском языке

  • Стихи на русском языке

• Книги

  • девяносто шестая книга

  • тростник

  • стихотворения

• Переводы

• Сценарии

• ПРОЗА

• ГРАФИКА
• контактные адреса
• СЦЕНАРИИ

• СТАТЬИ

• ГРАВЮРЫ И ФОТОГРАФИИ

• 96th Book

• The Reed

• Poetry works